Каждый год 1 сентября миллионы родителей берут отгулы, больничные или просто прогуливают работу, чтобы проводить детей в школу. Кто-то теряет зарплату, кто-то — премию, а кто-то — хорошее отношение начальника.
И вот в Общественной палате решили: пора это менять. Предложили сделать 1 сентября официальным оплачиваемым выходным для всех родителей школьников, пишет ТАСС.
Звучит как мечта? Возможно. Но только до тех пор, пока не начинаешь считать деньги.
Кто будет оплачивать этот выходной?
Вот главный вопрос, на который пока нет ответа.
Если 1 сентября станет официальным выходным, работодателям придётся оплачивать этот день. А это дополнительные расходы. Для крупных компаний — миллионы рублей. Для малого бизнеса — ощутимый удар по бюджету.
Особенно тяжело придётся тем сферам, где работа идёт непрерывно: торговля, транспорт, медицина, сфера услуг. Если продавцы, водители и врачи возьмут выходной 1 сентября — кто будет работать?
Работодатели уже сейчас задаются этим вопросом. И многие не в восторге от перспективы.
Что говорят эксперты
Сергей Рыбальченко, председатель комиссии Общественной палаты по вопросам семьи, считает, что это необходимая мера. Он напоминает: для родителей 1 сентября — важный день, особенно для тех, у кого дети идут в первый или последний класс.
«Их присутствие особенно важно для младшеклассников или для тех, у кого это последний год обучения в школе», — подчеркнул он.
Но эксперты по экономике смотрят на это иначе. Они подсчитывают возможные потери.
Сколько это будет стоить?
Точных расчётов пока нет, но можно прикинуть примерно. В России около 30 миллионов работающих родителей. Если каждый получит один дополнительный оплачиваемый день, общие расходы составят десятки миллиардов рублей в год.
Откуда брать эти деньги? Вариантов немного:
- Работодатели будут платить из своего кармана — тогда вырастут цены на товары и услуги.
- Государство компенсирует эти расходы — тогда увеличатся налоги или сократятся другие социальные программы.
- Родители получат выходной, но без оплаты — тогда смысл инициативы теряется.
Ни один из вариантов не выглядит идеальным.
Почему работодатели против
У бизнеса есть свои аргументы. 1 сентября — это обычный рабочий день. Если он станет выходным, производственные планы сорвутся. Особенно в сферах, где каждый день на счету.
Кроме того, работодатели опасаются, что за одним выходным последуют другие. А там, глядишь, и 25 мая (последний звонок) захотят сделать выходным. И выпускной. И день рождения ребёнка. Где остановиться?
Что говорят родители
Опросы показывают: большинство родителей поддерживают идею. Действительно, многие вынуждены брать отгулы или договариваться с начальством в неформальной обстановке. И не у всех это получается.
Особенно тяжело приходится матерям-одиночкам или тем, у кого двое-трое детей. Для них 1 сентября — это аврал: собрать, одеть, отвести, успеть на работу. И часто — не успеть.
Но даже среди родителей есть скептики. Они опасаются, что выходной дадут, а зарплату урежут. Или что работодатели начнут искать способы обойти новый закон.
Что будет дальше?
Пока это только инициатива. Чтобы она стала законом, нужно пройти долгий путь: обсуждение, разработка законопроекта, голосование в Госдуме, утверждение в Совете Федерации, подпись президента.
И на каждом этапе будут споры. Бизнес будет против, профсоюзы — за. Экономисты будут считать деньги, социологи — изучать мнение населения.
Скорее всего, компромисс будет найден. Например, выходной могут сделать не для всех, а только для определённых категорий. Или оплачивать его не полностью, а частично.
Но ясно одно: вопрос о выходном 1 сентября будет обсуждаться долго и бурно. И решение вряд ли устроит всех.
Что делать родителям сейчас
Пока закон не принят, придётся по старинке: договариваться с начальством, брать отгулы или использовать отпуск.
Совет один: не ждите быстрых изменений. Даже если инициативу поддержат, процесс займёт годы. А пока — планируйте 1 сентября заранее, предупреждайте руководство и ищите компромиссы.
И помните: даже если выходной сделают официальным, это не значит, что все работодатели его сразу дадут. Закон есть закон, но жизнь — жизнь.
