Фильм ужасов или реалии города-героя?

Фото: из архива «Вечернего»

Вы когда-нибудь задумывались, что находится под землей? В любом городе есть потаенные проходы, закрытые от глаз людей бункеры и многое другое. Люди годами создают места, которые находятся под толщей земли, защитной гермодверью и даже не одной.

В Новороссийске живет парень Константин Жмышенко, который ходит по таким убежищам по всему Краснодарскому краю. Находит, проходит и показывает людям в сети подземную историю города-героя. Корреспонденту «Вечернего» провели захватывающую экскурсию по убежищу местной больницы, помогли на себе ощутить эмоции от пребывания в месте, где историю уничтожают.

Фото: из архива «Вечернего»

Было крайне интересно, чем занимается в повседневной жизни Костя. На вид ему не больше 18 лет. Но он уже исследует интересные места, рассказывает и показывает, как это — увидеть город под толщей земли.

— Я учусь, хожу в спортзал, — рассказывает Костя. — Я руфер, диггер и сталкер.

— Твоя деятельность является разновидностью диггерсива?

— В основном это диггерство, а также сталкерство. Диггеры — это те люди, которые ходят в подземные коммуникации, сооружения. Сталкеры — это больше промышленные объекты, заводы, предприятия. А вот руферы ходят на крышу, делают фото города с высоты и не только его.

— Как давно ты занимаешься диггерством?

— Занимаюсь около двух лет, я не один, у нас есть целая компания. В нее входят пару человек, а также мы знаем диггеров из других городов. И благодаря этому мы можем посетить любой город, остановиться там и посмотреть интересные сооружения.

 — Чего ты ждёшь от диггерсива? Может, ты хочешь куда-то попасть?

— От диггерства я жду новых ощущений, эмоций, оно приносит мне много удовольствия. Ведь когда ты попадаешь на объект, чувствуешь себя совершенно по-другому, особенно если это интересное место. Я больше сравниваю это с законсервированной советской комнатой. Ты заходишь туда и видишь эти плакаты, текст, советские карты и многое другое, а главное, все это было сделано вручную. И тогда ты вдохновляешься этим.

— Что бы ты посоветовал новичкам? С чего начать, как подготовиться?

— Я бы советовал не заниматься этим, так как это довольно опасно. Это карается законом, не во всех случаях, но имеет место нелегальное проникновение. Однако мы, как правило, договариваемся с предприятиями о разнообразных экскурсиях, если есть заброшенное место, мы ходим туда без разрешения. Если решитесь заниматься диггерством, то я рекомендую делать все аккуратно, в компании хороших друзей.

— Случались ли ЧП?

— У нас бывали такие случаи, что все шло не по плану. Приходили на заброшенные заводы, однако нам приходилось убегать от охраны, иногда даже от людей на машинах. Был один случай: мы находились в убежище, и к нам в дверь постучали. Мы подумали, что это охрана, но все равно открыли дверь. Оказалось, что это был обычный прохожий, которому было интересно, что мы здесь делаем. И знаете, мы провели ему экскурсию, его переполняли эмоции.

Практически во все места местные диггеры попадают легально, они договариваются с теми, кому принадлежит то или иное здание, сооружение. Находят их благодаря своим знакомым диггерам, на форумах и т.д.

Захватывающая экскурсия

Фото: из архива «Вечернего»

Корреспондента «Вечернего» отвели в убежище на территории Первой городской больницы. Это отдельно стоящий защищенный стационар для нетранспортабельных больных. Он был построен в 1984 году на 512 квадратов и рассчитанный на 300 человек. Убежище ранее было в законсервированном состоянии. Помимо стандартной наполненности в виде различных предметов гражданской обороны имелись приборы, принадлежащие учреждению.

На момент 2018 года появились следы ремонта. Позже ремонт остановился, а вместо восстановительных работ сотрудники расчистили помещения, оставив нетронутым лишь главный зал с манекенами и классом. Остальные помещения — в плачевном состоянии.

Фото: Константин Жмышенко

Однако сегодня это место выглядит зловеще и пребывает в полуразрушенном состоянии. Оно стало достоянием общественности. Люди приходят туда, оставляют мусор, бьют стекла, даже занимаются мародерством. Вытаскивают медь, разнообразные вещи, срезаны даже гермодвери, которые многие годы были законсервированы в убежище.

Там нет обилия коридоров, только небольшие комнаты. В них можно проследить историческую нить, как было до нас. Однако люди растащили, разрушили все, что строилось по факту для таких же, как они. В комнату реанимации нельзя пройти вообще: кругом мусор. В полах есть дыры, и можно получить травмы. Однако пребывание в таком месте заставляет задуматься, что в то время о нетранспортабельных больных тоже думали и пытались их защитить, дать им шанс на жизнь.

Добавить комментарий